1. Где темное британское пиво или крепкий лонг-айленд, там и бар. Строго говоря, так и есть, но бархоппинг - это не только про алкоголь, но и немного про путешествия, поэтому людей, способных просидеть в одном кабаке весь вечер (и даже получить от этого удовольствие), никогда не понимал и не признавал. Но бывают такие бары, откуда уходить не хочется (это, кстати, не про ДжонДонн, откуда всегда хочется уйти, но некуда).
В Питере таким баром для меня сталTerminalBar. Узкое темное помещение с длинной уходящей в глубину барной стойкой, еще одна стойка параллельно барной с стульями без спинок, только два столика у самого входа под большим окном, тут же пианино.
Прообразом для бара стал какое-то место в Нью-Йорке, но мне Terminal больше всего напомнил маленькие живые барчики Бейрута, в которых до сих пор безумно хочется выпить еще раз.
(“Дача” и “Фидель” из той же в принципе серии, но больше похожи все-таки на маленький ОГИ).
2. В Питере вообще не был два года и лет десять как следует, поэтому удивился безумному количеству кофеен (кофехаусов просто по три на одной стороне одной улицы) и сушибаров. Говорят, только в КХ есть проверенный вайфай, а в остальных заведениях - как повезет. И это, судя по всему, правда.
3. Благодаря литературным и другим произведениям (“И рад бы домой, да мосты развели” и т.п.), я укрепился во мнении, что если после разведения мостов оказался на другой стороне Невы, то все пиздец, и придется пить до утра.
Поэтому, когда мы с Машей, Тобином, Катей и ее питерскими друзьями стояли на стрелке Васильевского острова, и я собирался бежать в центр, мост вдруг развели на 20 минут раньше положенного.
Отчаяние охватило меня, я уже собирался плыть через Неву или ехать на такси через вантовый мост. Но тут выяснилось, что мосты в течение ночи периодически сводят. Погуляв час по барам (в том числе зашли в какое-то дикое байкерское место, где я, по-моему, по случайности не получил пиздюлей), спокойно перешли Неву и разошлись спать.
4. За четыре дня командировки умудрился познакомиться сразу с двумя питерскими сепаратистами (причем в разных компаниях), о существовании которых раньше не знал и не задумывался. А они существуют. И мало того, предлагают отделить от России Ингерманландию (примерно Ленинградскую область), а в Бологом поставить автоматчиков.
Раздражает их Москва. И не только Москва, кстати. Один из сепаратистов - Вадик, который собрался принимать гиюр и рассуждал о раввинах 9 века - рассказывал, что тут в Питере кавказцы среди белого дня бьют до крови людей, и с этим надо бороться.
5. Не прошло скольких-то там лет, как в Питере появился свой маленький Винзавод (и конкурент Кофехаузов по части бесплатного вайфая) - Новая Голландия. Комплекс старых складских помещений недавно открыли для публики.
Места и смысла здесь пока мало: есть ресторан, контейнер с вкусным фастфудом от Гинзы, контейнер с современным искусством, рампа для скейтбордеристов, лужайка (на которой в дни, что я был, проходил футбольный турнир команд модных заведений города), воздушные змеи, скамейки и огород. Основная территория Новой Голландии пока для посещения недоступна - там наверняка будут делать что-то грандиозное.
Пока же сюда идти в общем-то незачем (а когда откроют Летний сад так уж точно). Ну или это просто москвичи избалованные.
6. В ночь после выборов классно посидели в очень любимом мною формате “куча людей из разных не связанных друг с другом компаний”.
Были лидер питерского Яблока Максим Резник, который к сожалению в середине дня пьет водку с пивом, Кариша, которая наконец выпила и стала веселой, ее толстый бывший муж Смоляк, оказавшийся очень приятным невоспитанным наглецом, блогер-космополит Макс Александров в майке Торреса (еще ливерпульской, поэтому я предлагал ее сжечь), русско-американская журналистка, открывшая Америке Навального, и просто милая девушка Юля Иоффе, бывший уже политик-оппозиционер Илюха Яшин, питерский сепаратист, белокурый иудей Вадик, молчаливая и стройная Маша Жебит с приятелем английским экспатом Тобином и еще какой-то русский журналист, который все время улыбался и то и дело переключался на английский.
7. Непременным атрибутом любой поездки должны стать любого рода святилища.
В Питере удалось посетить аж два храма. В шаббат набрели с Машей на Большую хоральную синагогу, которая оказалась очень красивой (и открытой, хотя та же берлинская синагога в субботу наглухо закрыта). Оттуда направились в мерзкий барочный Никольский собор, а потом и еще более уродливый храм в Александро-Невской лавре. Впрочем, по другому и быть не могло, учитывая, что Питер строился в 18 веке, а мне нравится русская средневековая архитектура.
8. Поводом для поездки были муниципальные выборы в районах Красненькая речка и Петровский. На них губернатор Матвиенко должна была выиграть и получить право стать спикером Софеда. Собственно, о самих выборах и о том, как нас с нацболами-агитаторами задерживали “эшники”, я уже писал.
В репортаж не вошел только эпизод в школе в Красненькой речке, когда нас с Юлей пытался прогнать с участка член УИКа, якобы потому что мы не можем общаться с избирателями в помещении школы, на территории которой расположен участок.
Мы потребовали показать норму закона, член УИКа и его помощница с айпадом за 20 минут нашли какой-то странный закон, где было написано, что может делать журналист на участке (находиться, проверять протоколы и еще несколько пунктов). Про общение с избирателями там не было ни слова. Однако член УИКа заявил, что все, что не разрешено, запрещено. После этого я поинтересовался у него, можно ли делать что-то еще из неперечисленного в списке, и сел на пол.
Он взбесился, требовал стать, кричал, что я веду себя “некрасиво”, подаю плохой пример школьникам (которых в воскресенье в августе в школе не было, естественно), нарушаю общественный порядок, мешаю проходу граждан.
Я вставать отказывался, говоря, что мне удобно сидеть именно так. Он вызвал милиционеров, которые в тех же выражениях начали требовать от меня встать. В итоге пришлось из участка выйти, так милиционер попросил у меня паспорт, не нашел в нем регистрации в Питере, потребовал командировочного, которого у меня не было. Я надеялся, что он поведет меня в отделение, но в итоге он просто вывел меня из школы.
Я попытался вернуться, но мне преградили дорогу милиционеры. Я начал скандалить, что они мешают мне работать. Оказавшаяся тут же местная журналистка Саша начала звонить куратору выборов депутату Милонову, он через нее просил меня не сидеть на полу, хотя очень любит Ленту.ру. В общем получился настоящий цирк, о котором написал потом журнал Foreign Policy:
Observers weren’t given much access at this municipality either, and I was kicked out of the precinct along with a Russian reporter because he had the temerity tosit on the floor, something that was not on the short list of what journalists are explicitly allowed to do during elections.
“It’s not very nice,” one police officer told him. Another added that they were kicking him out for his own good: “What if you sit on the floor and catch a cold and get prostatitis?”
9. впервые ездил на Сапсане, и считаю, что отсутствие в нем вайфая - это национальный позор
10. поймал себя на мысли, что хочу пожить в Питере полгода-год
На обратной дороге с Селигера я очень долго ныл и клянчил, так что тетя Ира все-таки свернула с основной дороги на 8 километров в сторону усадьбы Бакуниных (эта слабость стоила ей полноценного обеда и обернулась опозданием на Триумфальную площадь).
Мысль заехать в Прямухино едва ли возникла бы в моей голове, если бы не пьеса Стоппарда “Берег утопии” и одноименный спектакль в РАМТе.
***
Тургенев. На Унтер-ден-Линден, по дороге к нашему любимому кафе, Михаил описывал мне каждый уголок Премухина. Он только и говорит что о доме.
Тургенев.В Премухине вечное, идеальное чувствуется в каждом дуновении, как голос, который говорит тебе, что непостижимое счастье внутренней жизни куда выше банального человеческого счастья! А потом ты умираешь. В этой картине чего-то не хватает. Станкевич приблизился к разгадке незадолго до смерти. Он говорил: «Для счастья, оказывается, нужно немного реальности».
Белинский. И само это место, Премухино. Представь, раннее свежее утро: все чирикает и квакает, посвистывает и плещется, будто природа беседует сама с собой; и закат дышит – живой, как пламя… Там понимаешь, что Вечное и Универсальное может быть реальнее, чем твоя обыденная жизнь, чем эта комната и весь мир, замерший за ее окнами. Там начинаешь верить в возможность спасения и жизни там, в вышине, под покровом Абсолюта.
***
К сожалению, в отличие от Михайловского, Ясной Поляны, Мелехово или Спасского-Лутовиново в Прямухине царит запустение, и сохранившиеся постройки ветшают и разваливаются.
Церковь XIX века, которую по проекту архитектора Львова (тот же, что спроектировал Борисоглебский монастырь в Торжке), строили Бакунины. Вроде как действующая, хотя по подъездной дорожке так не скажешь.
Наиболее представительная часть усадьбы. Пока не дойдешь до остатков усадьбы, даже ожидаешь увидеть что-то грандиозное, но выясняется, что усадьба разваливается, а музей - это две комнаты с диваном, столом, стулом и унылыми советскими стендами с открытками и вырезками из газет.
В советское время в Прямухино был колхоз им. Ульянова-Ленина. Построили среднюю школу, которую я от шокирующего несоответствия ее внешнего вида и представлений о Прямухина даже забыл сфотографировать.
Южный флигель. Собственно все, что осталось от главного дома усадьбы, где жил Бакунин, бывали Герцен, Белинский, Станкевич, а позже Толстой и Горький.
Вроде как сохранился еще и парк, но на деле он превратился в лес и гулять по нему нет никакой радости и смысла. Как рассказала работница музея, были еще красивые каскадные пруды, но их недавно осушили.
***
Бакунин. Революция и есть тот Абсолют, который мы искали в Премухине. Мы к этому всегда стремились.
Tатьяна. Так странно… В Премухине Михаил никогда не интересовался политикой. Мы все были выше этого. Много выше.
Последняя остановка перед долгой дорогой домой - это Кириллово-Белозерский монастырь. Он совсем не такой, как соседний Ферапонтов. Этот огромный мощный монастырь больше похож на крепость или кремль.
Главной целью “Шашлычного тура” был на самом деле вовсе не шашлык (идея есть везде только его пришла мне по ходу поездки), а Ферапонтов монастырь. И цель стоила затраченного на дорогу времени. Трудно объяснить, чем так особенно хорош Ферапонтов монастырь.
Сам он крохотный, и уже на подъезде виден как на ладони
В монастыре нет шедевров зодчества, великолепных многоглавых храмов, но тем не менее, эти простые четыре серые луковки, сливающиеся в одно здание, завораживают
Один их храмов расписывал Дионисий, изумительные фрески отлично сохранились, и 450 рублей в которые обходится визит, совсем не жалко.
И, конечно, весомый вклад в очарование монастыря привносят два озера, которые окружают монастырь
В “Жемчужину русского севера” мы приехали неприлично поздно. И дело не только, что осмотр Плеса занял чуть больше (примерно часа на два), чем запланированные полчаса.
Просто на выезде из Костромы мы заехали на заправку, где Шурик сдал назад аккуратно в правую фару стоявшей сзади черной “Волги”. За рулем был блондин Паша, а вместе с ним в кавалькаде из Нижнего Новгорода ехали крутые байкеры в узких ботинках и широких шляпах.
Шурик, который за два дня повредил сразу два ценных агрегата, был на взводе, поэтому на въезде в Вологду мы разругались в хлам. Я, по его мнению, слишком хамским тоном предлагал ехать дальше прямо, а не пытаться больше 10 минут возрождать сломавшийся навигатор, чтобы выяснить, как ехать в центр.
Когда выяснилось, что я был прав, произошла эпическая ссора, где главным моим аргументом был следующий тезис: “Моя мама за 26 лет не смогла ничего сделать с моим тоном, неужели ты тут будешь мне указывать как мне общаться?!”. Шурик предложил выйти из машины прямо тут, я отказался, и мы поехали в Кремль.
Софийский собор (на фото) был уже закрыт (виноват в этом был я, как настоявший на визите в Плес), как и остальные музейные помещения кремля. Поэтому мы просто отправились погулять по городу
Симпатичный город Вологда не смог нас захватить, и Шурик грозился приехать сюда еще, так как якобы не осмотрел и трети города. Зато мы снова поели шашлык, на этот раз с водкой, потом выпили хереса в пафосном кафе с таким родным названием “Арбат” и планировали покурить кальян в разрекламированном Дашей кафе “Звезда востока”.
Внутри этого невзрачного строения открылись роскошества арабского Востока в таком их виде, как их понимают в северной России. Публика состояла из местной гопоты, а кальяна, увы, уже не было. Зато, гостиница “История” была прямо напротив кафе, и в лучшем (из дешевых) отеле в России мне пока ночевать не приходилось.
Может быть, я недостаточно много путешествовал по России (хотя на самом деле не так уж и мало), но другого такого места, как Плес я пока не видел.
Я с трудом заставил Шурика отклониться от маршрута и очень забеспокоился, когда на второй трети дороги до Плеса от Костромы выяснилось, что мы подъезжаем к Плесу не с той стороны Волги. Моста в Плесе и рядом с ним нет. Мы уже были уверены, что в Плес не попадем, насладимся его красотами издалека и поедем в Вологду. Но нам повезло, и когда мы остановили машину в деревне у реки, мимо проходил (а не спал дома, например) человек, у которого был телефон Коляна, который в свою очередь на своей моторке возит людей на другой берег.
Колян пришел через пять минут и оказался простым, но ушлым деревенским мужичком с непонятной речью. Переправа на его лодке через Волгу (а она в Плесе очень узкая) стоила 100 рублей. Всего мы заплатили Коляну 800 рублей, так как нас было четверо, и мы хотели обратно.
В Плесе происходит какая-то нездоровая для русской глуши активность. Львиная доля домов в Плесе была недавно выкрашена, вымыта или даже вылизана. Главный храм стоит в лесах, набережную спешно приводят в божеский вид, в котором она будет щеголять новенькой плиткой, белыми бордюрами, алеей деревьев и красивейшей Волгой.
На набережной Плеса есть дом-музей художника Исаака Левитана. Он часто приезжал в Плес (судя по тому, что больше домов-музеев в поселке нет, остальные долго в нем не задерживались). Музей довольно куцый: в коллекции около 10 проходных картин Левитана и еще столько же полотен его друзей, в том числе г-жи Кукушкиной. На втором этаже две комнаты, где жил художник.
Модный красивый маленький город в России понимают как лубок, поэтому здесь есть ЯхтЪ-клубЪ и кофейня имени той самой Софьи Кукушкиной. С другой стороны, почему нет, если выглядит симпатично и по-хорошему провинциально
Вы видели в Москве, чтобы меню в киосках с шаурмой переводили на английский? А в Плесе такой есть
С ресторанами пока есть проблемы, их мало, они не открываются до 11 часов. Поэтому поели мы в шашлычной на открытом воздухе. Тетка за столом взвесила шашлык, на мангале рядом его пожарили мужики, из пакета достали овощи и порезали их. Дешево и на удивление вкусно (возможно, это был самый сочный шашлык поездки). Правда, сам уровень сервиса у главной пристани открыточного городка шокирует.
Ну что тут скажешь, очень красиво в Плесе, недаром Левитану так полюбилось это место.
Главное, что меня добило в Плесе - это указатели на достопримечательности. Их ведь блядь нет даже в Москве, хотя в любом самом заштатном городке Европы (например, Эстонии) они есть. В Плесе они выглядят нелепо (трудно заблудиться в городке в две улицы с населением 2,5 тысячи человек), но они есть, и это подкупает.
Домики ухоженные, машины не советские, правда и цены в магазинах не белорусские или даже не вологодские
В городке четыре или пять храмов, ничего выдающегося, но иностранцам понравится (впрочем, пока мы были в Плесе иностранной речи не слышали, и видели только одну экскурсионную группу со стоявшего на пристани корабля), хотя подновить их бы не мешало
С автовокзала в Плесе можно доехать до Москвы, Иваново или Приволжска. Правда, основной поток туристов, как я понимаю, прибывает на круизных корабликах
Помимо указателей очень радует изба с отсеками с надписями “музей, магазин” и конечно этот туалет
Прочитал про Плес вскоре после приезда статью в МН. Оказывается, губернатор Ивановской области Михаил Мень хочет создать в Плесе “туристско-рекреационный кластер” с возможностью отдыха круглый год. В Плес, говорит губер, “можно приглашать любых гостей любого уровня”. Пока это ,конечно, преувеличение, но городок оставляет очень приятное впечатление.
Совершенно неожиданным образом в июне 2011 года у меня появился новый герой - преподобный Ферапонт Белозерский. Поскольку в бога и святых я не верю и называю себя евреем, это странно, но с другой стороны, раз я обожаю еще, например, мечети и арабские базары, то и православным монастырям в такой разношерстной компании будет комфортно.
Так вот недавно большое впечатление на меня произвел Ферапонтов монастырь в Вологодской области. Многие удивляются, мол там же ничего нет, только фрески Дионисия. Ну раз удивляются, значит они там не были.
Там я узнал, что основавший его преп.Ферапонт начинал служение в 40 лет в Симоновом монастыре в Москве, а закончил в Лужецком монастыре под Можайском. Так уж совпало, что редакция “Ленты.Ру” находится в трех минутах ходьбы от остатков Симонова, а наша дача в двух остановках электрички от Можайска.
Тут уж сам бог велел (устойчивый фразеологизм!) посетить Лужецкий монастырь (Симонов, к сожалению, был почти целиком взорван при советской власти).
Лужецкий монастырь
Жемчужиной монастыря является собор Рождества Богородицы XVI века. Строгий внешне, он, к сожалению, в годы советской власти потерял и внутреннее убранство (фрески остались только в нишах окон)
Шатровая колокольная построена позже (в XVII веке)
На территории храма сохранился и фундамент храма преподобного Ферапонта. Он основал эту обитель в 1408 году по просьбе можайского князя Андрея Дмитриевича. Для этого он покинул Ферапонтов монастырь, здесь же он и умер. В путеводителе было написано, что недавно обретенные монастырем мощи Ферапонта поместили в надвратную церковь Преображения. Она была закрыта, и мы уже уходили, когда я все-таки решил расспросить проходившего мимо попа о мощах.
Выяснилось, что их давно перенесли в главный собор. “Их невозможно не заметить”, - сказал он. “А мне удалось”, - подумал я про себя и побрел обратно.
Стены строили уже в конце XVII века, когда уже не было смысла устраивать из монастыря крепость, как в том же Кирилло-Белозерском. Поэтому они такие низкие и жалкие.
Монастырю очень нужна реставрация. У главного собора недавно покрашена только основная часть, да и то только с трех сторон, к барабанам же давно никто не прикасался. Купол колокольни недавно обновили, но дальше дело застопорилось. Это и неудивительно, ведь в недавнем сюжете по ТВЦ представительница местных властей прямо сказала, что на культуру у них денег нет, все уходит на дороги. Странно, что при этом мы видели две огромные ямы в самом центре Можайска.
за монастырем Можайск кончается
В соседнем селе Исавицы находится источник целебной воды, который якобы еще в 1408 году открыл Ферапонт. Сюда люди приезжают с десятками канистр и запасаются.
Здесь же сообщают, что Можайск - это священный город русских, и раньше здесь было 75 церквей и 10 монастырей. Сохранились же только три церкви и один монастырь.
Можайск
На месте Можайского кремля, который растащили себе на кирпичи местные жители, стоит Ново-никольский собор в псевдоготическом казаковском стиле начала XIX века и рядом маленький Старо-никольский собор без луковицы.
Внутри в одном зале стоит бедный современный иконостас, а в другом зале запустенье, хотя на стенах кое-где видны старые фрески. Действительно, на культуру у администрации денег не хватает.
Есть еще симпатичный храм Иоакима и Анны, вокруг которого проложили дорожку из розовой плитки
Больше в Можайске нет ничего, остальные достопримечательности связаны с Великой отечественной.
в одном квартале от центральной площади города начинаются сельские дома
На самой площади расположен завод, пара административных зданий, мини-парк с пушками и цифрами 41-45, а также СИЗО
Для завершения визита в Можайск я решил по недавней традиции поесть местного шашлыка. В этом баре в четыре часа дня воскресенья спал на столе человек
а вот в этом чудесном заведении подавали шашлы за 150 рублей, салат за 80 рублей и пиво за 70 рублей. Рядом общались местные пацаны.
Небо хмурилось
Удивительно, но дождь, который обещали в воскресенье и который целый день все собирался и собирался пойти, чтобы испортить на визит в монастырь и город, хлынул только в тот момент, когда мы уже сидели в экспрессе Москва-Можайск.
Ехали мы до Костромы долголикоротколи, перекусили яичницей, слушали “Владимирский централ” и Высоцкого, но поссорились, когда сидевший за рулем Шурик Б. отказался свернуть в Ростов, где нога наших женщин еще не ступала, а по мне тамошний кремль - самый красивый в Рашке кремль.
Шурик был тверд - у него была цель, и целью была Кострома, а точнее ее православные богатства.
Монастырь №1: Ипатьевский
Монастырь сначала был под покровительством Годуновых, а потом стал колыбелью рода Романовых, так как здесь перед избранием на трон жил Михаил Романов. Для сохранения преемственности в монастыре в палатах Романова (с красивыми изразцовыми печами и веригами) в дальней комнате есть автографы Путина, Медведева и распечатанное на принтере приветствие Ельцина.
Зато в монастыре прекрасное собрание икон разного периода. Особенно впечатляет коллекция Годуновых. Кроме необычной для меня иконы “Не рыдай мене, мати” и странных деревянных фигур святой Параскевы-Пятницы (я раньше был уверен, что такие скульптуры бывают только в католичестве) там есть золотые ворота, на которых, в частности, неожиданно узрел Гомера и Афродитиана, а также Гермеса и Менандра.
От изображения древнегреческих богов и героев на старо-русских православных предметах я охуел, но позже прочитал, что “в русских храмах появляются на стенах, на вратах и даже на иконах, а позже и под иконами местного ряда в иконостасе, изображения «еллинских мудрецов» с «пророчествами», т.е. вымышленными изречениями античных мужей и богов в защиту Боговоплощения и догмата Святой Троицы.
Еще там была большая икона с деревянными фигурками, изображавшими население рая и ада “Страшный суд”. Внизу наглядно демонстрировалось, что будет происходить в аду с грешниками, в том числе с “жидами” и “пьяницами”. Расстроился.
Монастырь №2: Богоявленский
Этот монастырь, в отличие от Ипатьевского, мужской, а для посещения открыт только главный Богоявленский собор, который внутри выглядит очень необычно, поскольку в оформлении преобладает белый цвет с вкраплениями желто-золотого, фресок нет, зато есть барочный иконостас.
Монастырь №3: Знаменский
——-
Что касается самой Костромы, то город производит приятное впечатление, хотя смотреть в нем практически нечего.
Шурик очень хотел попасть в местный художественный музей. там как раз была выставка “Дураковин” местного автора Кусочкина и насекомые под микроскопом, но мы, увы, пришли слишком поздно.
Набережная
самое клевое место в Костроме - это набережная, которую облагородили, но не слишком. Здесь громко играет музыка с круизных кораблей и есть пляж.
а еще там проходила игра Энкаунтер, но найти код или подсказку вокруг этого плаката мне так и не удалось
Поесть/поспать
Еще в самом начале поездки я очень захотел поесть шашлыка, поэтому в Костроме мы до вечера искали подходящую шашлычную, но в итоге озверев от голода, сели в итальянскую тратторию “Пиноккио” (совмещенную с японскими “Сушим весла”). Шашлычный бог покарал нас за обед мисо-супом и макаронами. Четвертый айфон Шурика упал на пол, и экран его потрескался.
Поэтому вечером мы отправились в псевдо-узбекский ресторан на набережной “Белое солнце”. Где-то на подходе к ресторану мы и начали с Шуриком играть в города - забаву, которую из-за ее бесконечности прокляли все, особенно мы с ним (если что, то я, конечно, выиграл).
В “Белом солнце” мы покурили кальян, и отведали наш первый шашлык. Его принесли в посуде с углями, и каждому досталось по две шпажки. Несмотря на высший класс сервиса, на вкус свинина ему не соответствовала.
Гостиница “Арарат” спряталась в парке среди заброшенных советских построек и пионера без носа и ноги. Судя по веселых крикам из соседнего ресторана “Ноев ковчег”, обилию иномарок, трем девушкам в холле гостиницы и громадной кровати в обычном дабле, гостиницу активно используют именно местные жители, а не туристы.
Вообще-то изначально я, выясняя у малознакомой коллеги Якутенко традиции майских выходных в “Ленте”, придумал съездить на два дня в Псков с классическим onedaytrip в Изборск и Печоры.
Но потом я открыл карту и увидел, что всего в паре часов езды от Пскова находится эстонский Тарту, рядом с которым в свою очередь есть Таллин, а у меня (невиданная удача!) еще и открытый шенген. Вот так и получилось, что два дня отдыха в Рашке трансформировались в четырехдневную поездку на тракторе в Евросоюз.
К сожалению, в процессе сбора команды из-за отсутствия шенгена отпала Якутенко, и на Псковщину мы поехали вчетвером.
ж/д билет Москва-Псков - 1463 рубля за плацкарт (реже ходит поезд за 900 рублей)
в дорогу мы купили несколько сендвичей в так называемом Хезбургере. По-моему, совершенно ничем не примечательные бургеры, намного уступающие Биг-Маку или Вопперу. Кроме того, Стас (на фотографии он в центре) вспомнил, что означает на фене слово “хезать”.
для разминки мы употребили две бутылки красного, в вагоне-ресторане, где мы познакомились с работником РАН из Вышнего Волочка Евгением, еще три бутылки белого, венцом же алкогольного пиршества стала еще одна бутылка белого из загашников. Тем самым создались все условия для великой Ночи пожирателей доширака (НПД)
НПД: в два часа ночи в нас проснулся дикий голод, и я, воспользовавшись счастливым случаем, накормил друзей дошираком по рецепту, которому меня научила, если не ошибаюсь, бывшая коллега Бочарова. Сделать мерзкий острый бульон доширака нежнейшим сливочным супом со специями поможет обычный плавленный сырок. Вот этим деликатесом мы и давились в тамбуре, вырывая друг у друга плошку и найденную в закромах маленькую вилку.
Дно
по пути в Псков есть загадочная станция Дно. О ее существовании мы узнали глубокой ночью в подпитии (в котором мы, в частности, дали жару Бологому). Поезд останавливался на дне в 5:43, и я даже поставил будильник, чтобы выйти на дно и осмотреться. Однако, увы, даже выглянуть в окошко мне не удалось.
удивительно, что в 7:30 утра субботы псковичи неистово штурмовали отходящий в Дно поезд. должно быть, это очень популярное направление для отдыха от городской суеты Пскова, решили мы
в это трудно поверить, но и на обратном пути Стасу и Оле также не удалось выйти в Дне, поскольку машинист случайно проехал мимо станции, хотя там должны были сойти несколько человек.
считается, что именно здесь от престола отрекся в вагоне Николай II, но на самом деле это произошло в Пскове, а, судя по википедии, главная достопримечательность Дна - это железнодорожный вокзал. Он даже на гербе города изображен
Псков
двухместный номер в гостинице “Рижская” (пять минут пешком от Кремля, до 10 утра работает бар, а перед входом стоит памятник отцу основателю Пскова Егорию. Их как известно было двое: Егорий и Пассионарий) - 2600 рублей. В остальных гостиницах все было забронировано, а милый двухэтажный отельчик в тихом месте на берегу дикой реки так и вовсе арендован целиком до конца года!
Ну что тут скажешь, Псков (столица руководимой сраным Турчаком области) - это классическая рашка, как мы ее любим и ненавидим. Здесь есть красивый замок (кремль), куча одноглавых маленьких церквушек, ветшающие дома конца позапрошлого века, куча гопников, очень умеренное количество более-менее пристойных баров и ресторанов, заброшенные заводские и недостроенные строения в самом центре города и так далее
Кремль
В любом уважающем себя русском городе есть Кремль. Видимо, поэтому в советское время псковские власти восстановили практически полностью разрушенный городской замок (с выходом к морю псковская крепость утратила свое значение и разрушилась), попутно снеся стоявший на его территории храм (один оставила)
Внутри Кремль практически пустой, в нем есть один храм - Троицкий собор конца 17 века, приказные палаты, да вот этот вот захаб или коридор смерти, который в который запускали неприятеля, а потом закрывали ловушку и хладнокровно мочили врага.
плоская и длинная башни
в ходе экскурсии ненавидящий журналистов Стас сдал нас с Дашей пожилой экскурсоводше, которая с живым интересом спросила, где же я работаю. Услышав (наверняка впервые) про “Ленту.Ру” она едва ли не с придыханием, но уж точно с большим уважением заявила “О, ну это высший пилотаж”
в псковском кремле удивительно качественные, красивые и разнообразные сувениры. не только магнитики, но и чудесные чесночницы и похмельнички (горшочки с носиком для опохмела)
За кремлем
Свеженькая Золотая набережная с кварталом домиков, напоминающих в меньшей степени Прибалтику, чем Троицкое подворье в Минске
Полсотни маленьких одноглавых церквей, которые Стас возненавидел и просто изошелся на сарказм и иронию, венцом которой стали смски из Пскова (“ходили на кораблике пор реке Великой, видели 99 церквей”, “сегодня видели еще дюжину из окна автобуса по дороге на вокзал”)
обилие свастики на всех пригодных для марания поверхностях. пока шли вдоль набережной, Олю поприветствовали криком “Хайль, Гитлер”. Меня то ли побоялись, то ли вспомнили, что евреев так не приветствуют
Три монструозных заброшенных здания прямо на набережной реки Великой около Кремля. Один старый завод, а что за недостроенные здания около моста к Кремлю мы так и не поняли
крепыши уходят из Мирожского монастыря 12 века, стас свирипел, а мы обсуждали бескультурье таджиков, которых я защищал как мог
Поганкины палаты купца Поганкина, который якобы Ивану Грозному дерзил
Такое своеобразное украшение псковичи и не думают снимать с одного из домов по Октябрьскому проспекту
вокруг всего центра Пскова когда-то шла крепостная стена. Частично она сохранилась, частично ее восстановили, но так или иначе, куда бы ты ни пошел в Пскове, всюду натыкаешься на каменные стены
У стены, например, висит газета “Правда”, как на улице Правды в Москве висит “Российская газета”. Мы минут десять разгадывали кроссворд, и ничего не могли отгадать, пока из свежего выпуска на соседнем стенде не узнали, что поле кроссворда напечатано неправильное
Гремячая башня внешней крепости Пскова, в которой по приданию спит царевна, которую можно поцеловать, по утверждению экскурсовода, “без обязательств”, и получить богатства. по преданию там все время гремит, но почему-то НЕ ГРЕМЕЛО. Обратите внимание на несколько человеческих фигур справа от церкви (что они делают?!)
набережную реки Псковы на закате Даша свое легкой рукой окрестила одним из лучших мест на земле, когда либо ею виденных
Бары-рестораны
Сундук - неожиданно приличное место аккурат перед входом в Кремль на площади Ленина. здесь оказался очень вкусный сырный суп, сделанный по “очень сложной технологии” и обычные пельмени
Irish pub - тут мне все понравилось: и атмосфера, и темный разливной Ньюкасл, и пристойная еда. а Стасу так и вовсе запеченный картофель принесли в фольге, из которой сделали ЛЕБЕДЯ
Пиваська - обычный пивняк, но с целым комиксом в меню и модными раковинами в туалете
Моя Италия - такой вот итальянский ресторан с вкусной пиццей и итальянским вином. точно не помню где, но может быть именно здесь Стас впервые похрустел для Даши носом, чем ввел ее в совершенный экстаз и переманил на свою, антицерковную сторону
Карл Фридрих - скучный чешского вида пивной ресторан с Крушовице и пивом “Степан Разин” за 60 рублей поллитра
Стас и Оля остались в Пскове еще на полтора дня, ну а мы ранним-ранним утром укатили в Евросоюз
ночью сидели в еврокафе на новом арбате (как известно, это круглосуточная шаурменная с кальяном, дешевым невкусным пивом, диванами и фотографиями на стенах как в любой американской придорожной забегаловке, а теперь еще и с японским суши-меню!). у нас с Олей Е. было псевдо-свидание, которое от засыпания участников и общего вялого увядания ближе к полуночи спас братуха Паша. он приехал от своего настоящего брата и три часа уговаривал меня написать книгу (но об этом в другой раз). подошедшей официантке Паша, не долго думая, представил меня как будущего писателя и известного журналиста. “Правда?”, - спросила девушка. “Да, вот в этот журнал пишет”, - кивнул Паша на вовремя оказавшийся на столе экземпляр “Большого города”. “Я его читаю!.. А мы с вами коллеги”, - сказала девушка мне, потупив взор и убежала читать БГ, который братуха ей отдал с барского плеча. оставшиеся пару часов, пока мы допивали пиво, девушка с остервенением читала журнал, отрываясь лишь на обслуживание еще парочки сомнительного вида и рода занятий клиентов.
С автовокзала в Плесе можно доехать до Москвы, Иваново или Приволжска. Правда, основной поток туристов, как я понимаю, прибывает на круизных корабликах
